Полу тринадцать лет, и он уже давно привык жить за закрытыми шторами. В квартире на верхнем этаже старого дома в Нью-Йорке всегда полумрак, чтобы никто не увидел его лица. У Пола редкая болезнь, из-за которой волосы растут везде, даже на щеках, на лбу, на ладонях. Врачи называют это врожденный гипертрихоз, а дети во дворе когда-то успели крикнуть мальчик-волк, прежде чем отец навсегда запретил ему выходить на улицу.
Отец работает ночью охранником, а днем спит. Они почти не разговаривают. Пол учится дома по интернету, носит огромный худи с глубоким капюшоном и перчатки даже летом. В зеркало он смотрит только когда моется, и то быстро, чтобы не расстраиваться лишний раз.
В день рождения отец оставил на столе коробку, обернутую обычной коричневой бумагой. Внутри лежала старая фотография: молодая женщина с длинными волосами держит на руках младенца, тоже весь в темном пушку. На обороте аккуратным почерком написано: Если когда-нибудь захочешь меня найти, начинай с озера в Центральном парке. Там я оставила тебе подсказку. Мама.
Пол долго держал снимок в руках. Он никогда не видел маму, отец говорил, что она ушла сразу после роддома и больше не появлялась. А тут вдруг фотография и странное письмо.
Ночью, когда отец уснул крепким сном после смены, Пол собрал рюкзак. Взял воду, пару бутербродов, фотографию и все деньги из копилки, почти двести долларов. Надел самый большой худи, натянул капюшон поглубже и впервые за много лет вышел из дома.
Нью-Йорк ночью оказался громким и ярким. Люди спешили мимо, никто не оборачивался. Пол шел пешком до Центрального парка, сердце колотилось так, что казалось, сейчас выскочит. У озера он долго бродил вдоль берега, светил фонариком телефона, пока не заметил маленький металлический ящичек, прикованный цепочкой к скамейке.
В ящичке лежала записка и старенький ключ. Записка гласила: Я знала, что ты придешь. Ключ от дома бабушки в штате Мэн, туда я уехала после больницы. Автобус от Порт-Аторити отправляется в семь утра. Буду ждать. Мама.
Пол сел на скамейку и заплакал. Впервые за долгие годы он плакал не от обиды, а от того, что его, оказывается, кто-то ждал все это время.
На рассвете он уже стоял в очереди на автобус. Капюшон по-прежнему скрывал лицо, но внутри него теперь жила надежда. Он ехал навстречу маме, которая не испугалась его шерсти, которая любила его еще до того, как он сам научился себя ненавидеть.
Дорога заняла почти весь день. Когда автобус наконец остановился у маленького городка в Мэне, Пол увидел на платформе женщину с такими же длинными волосами, как на фотографии. Она смотрела прямо на него и улыбалась сквозь слезы.
Он спустился по ступенькам, снял капюшон и пошел к ней навстречу. Впервые в жизни кто-то обнял его так, будто он самый обычный мальчик на свете. И в этот момент Пол понял, что дом там, где тебя принимают целиком, вместе с волосами, страхами и тринадцатью годами одиночества.
Читать далее...
Всего отзывов
0